11:00  «Губернские новости»
 11:10  «Заметные люди»
 12:00  «Губернские новости»
 12:30  «Арт-проспект»
 12:45  «Открытая наука»
 13:10  «Мастер-класс»
 14:00  «Губернские новости»
 14:30  «Собрание сочинений»
 14:45  «Спальный район». Серия №43
 15:15  «Заметные люди»
11:00  «Губернские новости»
11:10  «Заметные люди»
12:00  «Губернские новости»
12:30  «Арт-проспект»
12:45  «Открытая наука»
13:10  «Мастер-класс»
14:00  «Губернские новости»
14:30  «Собрание сочинений»
14:45  «Спальный район». Серия №43
15:15  «Заметные люди»
Спецпроект «TV Губернии». Из Китая в Воронеж автостопом. Дни 13 и 14

Кастинг ведущих прогноза погоды

Спецпроект «TV Губернии». Из Китая в Воронеж автостопом. Дни 13 и 14

23 и 24 июня
2963
Спецпроект «TV Губернии». Из Китая в Воронеж автостопом. Дни 13 и 14

С чего начать? Три дня не писал. То ли сил не было, то ли мысли не мог собрать в кучу. Да и если бы писал каждый день, то картина бы была странная. Слишком разные дни были. Ладно, начну с самого начала.

Четвёртая ночь в поезде прошла спокойно. Я крепко спал и, кажется, даже не просыпался ни разу, потому что весь вечер слушал истории соседки. Девушка Марьям, – наполовину армянка, наполовину русская, – родилась и выросла в Сибири. Её родной, ныне вымирающий, городок Балей когда-то славился своим промыслом. Город стоит на золотой жиле. Золото тут было всегда. И в лучшие времена добыча с одного карьера составляла 3,5 кг за день, а таких карьеров много. Сейчас же почти все карьеры брошены, предприятия давно опустели, и люди покидают город. Стоят целые районы с пустыми домами. Но те, кто остался, прибыльное дело не бросили. Моют золото все: от школьников, которые на реке промывают песочек с автомобильными ковриками, до местных бизнесменов, которые легально получают лицензию в Москве (2500000 рублей), покупают дорогие помпы, столы и другие приспособления и добывают золото в больших масштабах. Например, такое дело и у отца Марьям. Она же управляет семейным рестораном, который пользуется популярностью у населения.

– В городе давно нет полиции. Точнее, она есть, но ничего не делает. Мою квартиру ограбили 4 года назад, полиция до сих пор ищет, а мне уже все вернули, потому что связи есть, – рассказывает Марьям.

Город живёт «по понятиям». И тут лучше лишний раз не раскрывать рта и не разбрасываются словами. При этом в Балее совсем нет наркотиков: их сюда просто не пускают. Государство совсем не интересуется жизнью и благополучием города; его представители только штрафуют и конфискуют всё оборудование добытчиков.

– Сейчас с нами в поезде едет мой учитель физкультуры, а его мама - учитель химии. Так вот, недавно у них дома был обыск, и изъяли 3 кг чистого золота. За это не сажают, но дали 4 года условно, – с нескрываемым удовольствием рассказывала мне это Марьям. – А ещё одни парень (она назвала имя) приехал мыть золото с нуля. Начал с ковриков, попал на жилу, и за одно лето купил себе квартиру, «Ленд Крузер Прадо» и уже серьёзное оборудование для дальнейшего бизнеса. Было бы желание, а золото у нас есть и будет.

Утром, как только я слез с полки, я не спешил смотреть в окно. Я знал, что наш путь лежит вдоль южной части озера Байкал. Даже пока ходил умываться, не поднимал глаз. Хотелось увидеть его живьём, а не из окна вагона. Но не удержался и, попивая утренний чая, всё-таки увидел его. Если не знать, что это озеро, то его легко можно принять за море. Точно так же, проезжая Адлер и окрестности, в окно можно наблюдать водную гладь. Но трепет был другой. Волнительно. Ведь я так долго хотел попасть сюда.

Начало пути всегда бодрое. Я быстро отсчитывал пройденные километры по кругу Байкальской железной дороги, некогда соединявшей Транссибирскую магистраль. Но в 1950-е годы построили ГЭС на Ангаре, и участок дороги был затоплен. С тех пор этот отрезок в 85 км используется как туристический маршрут. По нему несколько раз в день проходят поезда. Это местный поезд «Матаня», - так ласково здешние жители прозвали электричку, курсирующую между станцией «Слюдянка» и портом «Байкал». Также раз в день проходит старинный паровоз с двумя вагонами - «Байкальский экспресс». Билет на него стоит около 4000 рублей. Он, не спеша, едет по красивейшей дороге и иногда делает остановки, на которых экскурсоводы рассказывают туристам об особенностях и достопримечательностях. Именно этот экспресс я и повстречал.

Он неспешно подъезжал к станции. Дым валил из трубы, а из-под колёс летели клубы пара. Поравнявшись со мной, паровоз издал громкий свист и остановился. Из вагонов высыпали туристы, преимущественно китайцы, и защелкали телефонами, делая селфи. Машинист вылез из дверей кабины и крикнул мне:

– Поехали с нами, чего пешком идти?!
– Спасибо, но мне пешком интереснее, – почему-то соврал я. – Потом на обратном пути.
– Ну, смотри, обратно через два дня поедем.

Я понимал, что бесплатно меня никто не повезёт, но это же моя мечта – прокатиться в кабине поезда, да ещё такого старинного, да ещё и вдоль Байкала!

– А сколько будет стоить до следующей станции?
– За 500 поехали?

Именно эту цифру я озвучил у себя в голове. Такую сумму не жалко для мечты. Я залез по крутой лестнице и очутился в тесной кабине. Кроме меня, было ещё 3 человека. Самый старший, весёлый мужичок, напевал: «Мечта сбыва-а-а-ается-я-я-я, и не сбывается». Потом отвлёкся и спросил в рацию «Ну что, едем?» и тут же крикнул напарникам. Поехали. И тут началась магия. Я чувствовал себя Гарри Поттером, попавшим в «Хогвартс-Экспресс». Один машинист начал быстро крутить какие-то вентили, второй схватил длиннющую кочергу, открыл огромную печь и стал шурудить там, переворачивая красные раскалённые угли. Третий, самый старший, посмотрев на приборы, дёрнул за красный рычаг, свисавший с потолка. Поезд засвистел, заскрипел и тронулся. Пока мы ехали, движение в кабине не прекращалось. То подбрасывали уголь в топку, то крутили рычажки, постоянно сверяясь с приборами. Внутри кабины стояли шум и гам, была жара.

Я же, как истинный турист, снимал одновременно на фотоаппарат и на камеру всё, что происходило вокруг. Для меня открыли дверь, и я смог высунуться из кабины, держась одной рукой за перила. Ехали мы недолго, и, приближаясь к станции, я набрался смелости: «А можно посигналить?» «Конечно», – сказал старший и уступил мне своё место. Я сел, потянул за рычаг, но ничего не произошло. Тогда я дёрнул резко и сильно, и поезд отозвался громким гудком. Осуществилась ещё одна моя мечта.

Дальше я уже пошёл пешком. Описывать красоту здешних мест не вижу смысла. Да и описать это будет сложно. И фотографии не передадут всего. Нужно только самому приехать и увидеть. Но не повторяйте моей ошибки. Одному здесь очень одиноко и грустно. Именно это и стало причиной моего упаднического настроения после поездки на экспрессе. Я шёл километр за километром. Слева были красивые горы и скалы, справа красавец Байкал. А все, с кем бы я хотел поделиться этой красотой и с кем поговорить, были за 5000 км от меня.

Загрустил. И чем дальше, тем сильнее. Людей нет, только природа, чайки и утки на воде. Часто попадались туннели – от коротких, на 15 метров, до таких, что приходилось включать фонарик и долго топать в полной темноте, сжимаясь то ли от страха, то ли от сырости и холода. Так за весь день я преодолел чуть больше 30 км. Для ночёвки было рано, но идти дальше не мог, натер себе ноги. Горелка, на которую я возлагал большие надежды, подвела меня. Керосин никак не хотел нормально гореть и сильно коптил. Пришлось жечь костёр. В первый вечер я сильно грустил, строил планы побега, искал билеты до дома и занимался самокопанием – это одно из любимых моих занятий. Даже красивый закат не скрасил моё серое настроение.

Утром было легче. Выспался, плотно позавтракал на костре и двинулся в путь. Решил, что это - испытание одиночеством, и я должен его преодолеть.

После двух часов пути ни одного человека так и не встретил. Даже встречные деревеньки были пусты. Местные прятались от назойливых туристов. На 11-м км пути я увидел, как впереди меня из кустов выходят люди: один, два, три, шесть! Шесть человек, с рюкзаками! Это были туристы. Я словно Робинзон Крузо радовался Пятнице. Я шёл и приговаривал: «люди, ура, люди, туристы!» Не буду описывать то, как прибился к ним. Я просто нагнал их и сказал: «можно пойти с вами?» И мы пошли – Катя с сыном Димой, Даша с сыном Данилом и Рома с Юлей (брат и сестра). Местные иркутяне вышли в поход на выходной день. Я старался не быть назойливым, и меня приняли в компанию (да и выхода-то у них не было).

Насколько же отличается поход с людьми от одиночного! За разговорами быстро пролетало время. Рюкзак не так сильно тянул к земле. Мой поход заиграл новыми красками. В обед мы дошли до мыса Половинного. Там делает остановку туристический экспресс, и местные раскладывают на своих прилавках угощения. Мы, чуть опередив поезд, скупили пирожки с ревенем, хариусом и, решив шикануть, купили одного копчёного, ещё горячего хариуса. Это был лучший обед. Разговорившись с женщиной, торговавшей магнитиками и открытками, выяснил, что она на пенсии увлеклась фотографией, и теперь это её доход. Продаёт туристам свои работы. Поговорили о фототехнике. Посоветовал ей купить объектив хороший. Она в благодарность подарила пару своих работ. Я в ответ подарил ей свои открытки.

Пока мы отдыхали, мимо нас пронеслись два мотоциклиста на спортивных «эндурах». Они лихо мчали по шпалам. Позже мы снова обогнали их. Развалившись на траве, ребята обедали. А ещё спустя полчаса, мы снова услышали рёв их коней. Все достали камеры и стали снимать лихачей. Первый, проехав, видимо, потерял управление: полетел кубарём. Я не понял, как это произошло. Клубы пыли осели, и мы увидели, что мотоцикл лежит отдельно, а сам наездник лежит без сознания, поперёк рельс. Мы побежали к нему. Картина была страшная. Парень лежал без сознания, страшно хрипел. Сняли шлем, на виске гематома, никто не знает, что с ним делать. Напарник, видимо, был в шоке, принялся его переворачивать на спину. Он так и лежал на рельсах. Мы решили его сдвинуть на траву, зная, что так делать нельзя, но скоро должен был пойти поезд. Прибежал местный в камуфляже и с номерным знаком на груди – работник железной дороги.

– Лёха, ну ты че? Говорил, нафиг эти рельсы, поехали обратно.

Леха не приходил в себя и так же хрипел. Казалось, что человек просто спит. Стали звонить в МЧС. Связи нет. До ближайшего крупного населённого пункта либо час на поезде, либо по воде не меньше часа. Лёху тем временем мы положили на бок, чтобы он не захлебнулся, и язык не запал. Он всё ещё был без сознания. Казалось, что он просто спит. Вдруг он начал шевелиться и пытаться встать. Глаза всё ещё закрыты. Я сидел рядом и держал его за плечи.

– Лёха, лежи, ты попал в аварию, врачи уже едут.

Он сопел и снова попытался перевернуться.

– Лёха, если слышишь нас, пошевели рукой, – сказал подошедший друг.

Лёха медленно сжал кулак и развёл его. Он нас слышал. И снова попытался перевернуться.

– Тебе больно так лежать? Перевернуть тебя? – спросил я.
– Да, – простонал он.

Больше он так ничего и не сказал. Он лежал на траве, под головой рюкзак, гематома на виске росла, рядом кружили беспомощные люди, его байк лежал в кустах, а рядом, абсолютно спокойный и тихий вот уже 25 миллионов лет, простирался Байкал...

До лагеря мы решили доехать на подоспевшем поезде. Проехали всего 5 км. И пошли искать место под стоянку. Вечер был хорошим. Мы разговаривали о разном, иногда возвращаясь к Лехе. Каждый переживал.


Арик КИЛАНЯНЦ
Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
__